Озерски П.

Устойчивое развитие приграничных регионов в «оковах великой политики». Проблемы международных отношений Польша-Россия-Украина в условиях украинского кризиса

 Озерски П., аспирант, «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ» (ФГБОУ ВПО «РАНХиГС»), Россия

 «В настоящее время мы входим в новую эру. Старые международные структуры рушатся; старые лозунги не являются конструктивными, старые решения бесполезные. Мир стал взаимозависимым в экономике, в области связи в человеческих стремлениях. Ни одно государство, ни одна часть мира, не может процветать или быть безопасной в изоляции».[1] Этими словами в 1975 году Генри Киссинджер назвал процессы, движущие современным миром.

Эта эволюция привела к необходимости объяснения международных отношений по-новому. В науке о международных отношениях ответом на такое изменение мира можно принять информационно-теоретический переход от реализма в качестве основного объяснения в сторону концепции комплексной взаимозависимости. В конце 70-х годов американские политологи Роберт Кохане и Джозеф Най в книге «Сила и взаимозависимость» указали, что великая политика безопасности, основанная на принципе военной силы, не отвечает современным реалиям, так как в условиях комплексной взаимозависимости механизм формирования международных отношений осуществляется не только центральным правительством, но также на других уровнях, другими субъектами.[2]

Одной из форм развития международных отношений в условиях комплексной взаимозависимости является приграничное сотрудничество в Европе, которое в значительной степени разрабатывается в рамках регионального сотрудничества. В качестве примера формы реализации международной интеграции и приграничного сотрудничества могут служить еврорегионы (англ. Euroregion). Однако нужно заметить, что государства по-прежнему имеют значимые или основные позиции в формировании, стимулировании или торможении данного развития. Тем самым «большая политика», вопреки ожиданиям регионов и местного населения, может ограничить положительное влияние взаимозависимости и, в результате, привести к нарушениям устойчивого развития приграничных регионов. В следствии, начинает слабеть одна из опор мирного сосуществования и начинается возвращение в сторону конфронтационных отношений между странами – международных отношений в духе политического реализма. Данную тенденцию можно определить в текущих отношениях Польша-Россия-Украина в условиях украинского кризиса.

В ноябре 2013 года началась волна антиправительственных протестов на Украине. Протест вызвало решение правительства об отказе от подписания соглашения об ассоциации с Европейским Союзом и декларация повернуть вектор интеграции в сторону России. Отстранение Президента Виктора Януковича в феврале 2014 года привело к кризису легитимности центральной власти в Украине. Первоначальные решение новой власти в Киеве об отмене регионального статуса русского языка привело к алиенации части населения страны. В результате это привело к сецессии Крыма при поддержке России и вооруженного конфликта на востоке Украины.

Радикальное отличие в интерпретации событий, произошедших на Украине, привело к информационному противостоянию России и Запада (стран Евросоюза и НАТО), в том числе Польши. В трехсторонних отношениях Польши, Украины и России нужно заметить негативную тенденцию к сокращению сотрудничества с последней. С марта 2014 года можно заметить процесс искусственного ограничения международного сотрудничества в разных сферах и на разных уровнях. Этот процесс ускоряется принятием политических решений, имеющих прямое и косвенное влияние на устойчивое развитие приграничных регионов.

В конце 2013 года Центром польско-рoссийского диалога и согласия (ЦПРДиС) был опубликован доклад «Малое движение в прaвильном направлении». В данном отчете подводились итоги годового функционирования зоны малого приграничного движения (МПД) с Калининградской областью. В отчете указывается положительное влияние МПД на формирование межнациональных отношений. Указывается также факт увеличения числа приезжих гостей из России, что влияет на интенсивность контактов между поляками и россиянами. Все это приводит к смене парадигмы взаимного восприятия – перехода от «национальной» и «исторической» призмы в сторону «потребительского» восприятия, с возможностью перехода в «фазу глубоких межчеловеческих отношений».[3] Однако переход в третью фазу ограничил информационное представление украинских событий, а точнее формирование негативного образа действий России в кризисе. ЦПРДиС указывает на большие различия между результатами опросов населения Польши по поводу восприятия России и россиян в конце 2012 и 2014 годов. В первом больше чем половина (61%) считала дружественным народом, тогда как 39% высказало обратное мнение. В другом 54% считало россиян вражеским народом, тогда как 46% высказало положительное мнение. Лукаш Мазуркевич подчеркнул, что данные результаты указывают на регресс в польско-российских отношениях – ухудшение перцепции не только России как государства, но также «простых людей».[4]

Отсутствие перехода польско-российских отношений в «фазу глубоких межчеловеческих отношений» тормозит развитие комплексной взаимозависимости. Данное положение поддерживается введением санкций против России. Следует отметить, что одна из первых санкций Польши против России касалась отмены Форума регионов с Российской Федерацией в 2014 году.[5] Символическое значение для развития польско-российских имеет отмена «Года Польши в России», запланированного на 2015 год.[6] Тем самым не только экономические санкции влияют на сокращение сотрудничества. Можно идентифицировать социокультурную политику, последствия которой трудно будет преодолеть в будущем.

Российско-украинские отношения можно рассматривать как пример комплексной взаимозависимости, имеющей глубокие социокультурные корни. Столетия совместного проживания в одном государстве сформулировало близость украинского и русского народов. Провозглашение независимости Украины в 1991 году установило территориальные границы. Однако процесс «ментального огораживания», духовного отделения граждан России и Украины тогда не наступил. Тем не менее, после февраля 2014 года можно наблюдать процесс постепенного ограничения взаимозависимости, в том числе социокультурного. Примером может служить поиск Украиной новых национальных героев, таких как: Степан Бандера, Роман Шухевич или Петро Дяченко. Попытка сделать героев из пособников фашистов, релятивизация их ответственности за геноцид («Волынская резня»), преступления против человечности и военные преступления стоят в открытом конфликте с современной российской идентичностью, базой которой является Великая Победа армии и народа в великой отечественной войне 1941-1945г.

Кроме того, в украинских действиях можно идентифицировать меры  по ограничению комплексной взаимозависимости приграничных регионов. Закрытие пунктов пропуска КПП на российско-украинской границе и отказ от упрощенного порядка пересечения границы для жителей приграничных областей Украины и России является прямой угрозой для устойчивого развития приграничных регионов.[7] При этом нужно заметить, что данное ограничение косвенно нарушает права человека. В приграничных регионах проживает большое количество семей, разделённых государственной границей. Международный закон не определяет одной формы семьи. Однако накладывает на государство обязательство содействовать в исполнении права на единство, воссоединение семьи.[8]

Итак, в польско-российских и российско-украинских отношениях можно определить негативную тенденцию сокращения комплексной взаимозависимости. Можно было наблюдать принятие Польшей и Украиной политики конфронтации с Россией. В таких условиях развитие приграничных регионов подвергается чрезмерному влиянию «великой политики», которую может ограничивать только инициатива местных и региональных властей, и населения приграничных регионов.

При рассмотрении современной украинской политики следует подчеркнуть, что в долгосрочной перспективе политика властей Украины, которая использует националистические элементы, будет противоречить польско-украинскому сотрудничеству и сближению с Евросоюзом. Тем более не может быть основой для комплексной взаимозависимости и привлечения таких регионов, как Донбасс к сотрудничеству.

 

 

[1] Kissinger H. A New National Partnership // «The Department of State Bulletin» — 1975 – 17 февраля — No. 1860 — С. 197. [Электронный ресурс]. URL: http://www.fordlibrarymuseum.gov/library/document/dosb/1860.pdf#page=3 (дата обращения: 08.03.2014).

[2] Jackson R.H., Sorensen G. Introduction to International Relations: Theories and Approaches. Oxford: Oxford University Press, 2012, С. 107.

[3] Малое движение в прaвильном направлении, Центр польско-рoссийского диалога и согласия. Варшава 2013. 5-6 с.

[4] Polska–Rosja Diagnoza Społeczna 2015.  Polacy na temat Rosji i Rosjan oraz stosunków polsko-rosyjskich. Rosjanie na temat Polski i Polaków oraz stosunków rosyjsko-polskich. Raport z badań opinii publicznej w Polsce i Rosji. Warszawa: Centrum Polsko-Rosyjskiego Dialogu i Porozumienia 2015, 5-6 с. . [Электронный ресурс]. URL: http://www.cprdip.pl/main/file.php?id=313&w=600&h=400&bgnews=0 (дата об-ращения: 08.03.2014).

[5] Сенат Польши отменил Форум регионов с Россией // сайт: УНИАН — 27.03.2014. [Электронный ресурс]. URL: http://www.unian.net/world/901064-senat-polshi-otmenil-forum-regionov-s-rossiey.html (дата об-ращения: 08.03.2014)

[6]  Рокоссовская А. Политики одолели культуру. Варшава отменила Год Польши в России и Год России в Польше // «Российская газета» — 25.07.2014 [Электронный ресурс]. URL: http://www.rg.ru/2014/07/25/polsha.html (дата об-ращения: 08.03.2014)

[7] Украина закрывает 23 КПП на российской границе // сайт: Вести — 20.02.2015. URL: http://www.vesti.ru/doc.html?id=2369661 (дата обращения: 08.03.2014)

[8] Jastram K. Family Unity: The New Geography of Family Life // сайт: Migration Policy Institute – 01.05.2003. URL: http://www.migrationpolicy.org/article/family-unity-new-geography-family-life (дата обращения: 08.03.2014)

Добавить комментарий