Лисничая М.А., Налбантов А.А.

Социальная справедливость в современной России

 Лисничая М.А., студентка кафедры социальных технологий, Белгородский государственный национальный исследовательский университет (НИУ «БелГУ»), Россия

Налбантов А.А. студент кафедры социальных технологий, Белгородский государственный национальный исследовательский университет (НИУ «БелГУ»), Россия

Мечты о социальной справедливости общества существовали с того момента, когда возникла реальная социальная организация человечества. Ни для кого не секрет, что тема социальной справедливости стара как мир, однако, и поныне эта проблема остается актуальной.

Социальная справедливость, как и правовое государство, — высокая цель. Тем не менее, то, что она не достижима в полной мере, еще не означает, что к ней не нужно стремиться.

Ключевым вопросом для социальной политики демократического государства является реализация в ней справедливости. Чтобы ответить на вопрос, есть ли социальная  справедливость в России, нужно начать с разъяснения самого понятия.

Социальная справедливость – одна из фундаментальных, предметных проблем экономической теории, поскольку она является ценностным ориентиром для развития общества, отражает основные противоречия, возникающие в процессе этого развития, и способствует поиску выходов для разрешения этих противоречий.

Что же такое справедливость вообще? Абстрактно говоря, это форма распределения социальных благ и социального воздаяния людям за их деятельность в обществе.

О понятии социальной справедливости задумывались во все времена: еще классики античной мысли, Платон и Аристотель, выделили два основных вида социальной справедливости: элитарную, которая предполагала воздание за социальную деятельность в соответствии с личными заслугами и основывалась на исходной предпосылке о неравенстве людей, и эгалитарную, которая несла в себе равное распределение благ с учетом половозрастных  различий и была основана на предпосылке о социальном равенстве людей.

Существуют так же различные теории социальной справедливости. Например, утилитарная теория, которая берет начало в работах английского философа и социолога Джереми Бентама, была основана на том, что необходимо предоставить наибольшее счастье для наибольшего количества людей. На практике это означает, что доходы должны распределяться пропорционально полезности их использования различными людьми.

Имеет место и теория справедливости, как честности, берущая свое начало еще от Аристотеля. В его интерпретации честность относится, в основном, к распределительной справедливости, то есть принципам, согласно которым члены общества делят между собой произведенные в результате их кооперированной деятельности материальные и нематериальные блага.

Еще одна идея о справедливости звучит «справедливость как зависть». И, хоть она не нова и не оригинальна, но весьма привлекательна для либералов. В современном варианте эта теория принадлежит Зигмунду Фрейду, который в своих работах придавал большое значение зависти, и, в то же время пересекается с мыслью Фридриха Ницше о том, что миссия человечества заключается в порождении великих людей, «сверхчеловеков», для выращивания которых оно (человечество) служило питательной почвой, в то время, как  у них нет никаких обязанностей по отношению к прочим людям, кроме как держать их в узде. Такие рассуждения приводят к мысли, что единственная справедливость – это существование «сверхчеловеков», или, по-современному, сверхбогатых, а все остальное, что именуется справедливостью, есть простая зависть. Имеется в виду, что те, кто ставит вопрос о справедливости, просто завидуют богатым, между тем, как нормой является ничем не ограниченная экономическая, социальная и политическая поляризация общества.

Это схоже с точкой зрения кальвинизма, согласно которой бедность – это знак предопределения души к вечному «осуждению», а богатство – признак предопределения человека к спасению, поэтому человек всегда «справедливо» богат и «справедливо» беден. Однако, на мой взгляд, правильным является обратное суждение – справедливость есть состояние, когда люди не завидуют друг другу, а общество не испытывает социальной напряженности. То есть, справедливость – это состояние консенсуса, при котором никто не требует его изменения для улучшения своего положения, за исключением небольших маргинальных групп.

Показателен тот факт, что на последних выборах в Государственную Думу многие партии включили в свое название слово «справедливость». И, редко какая политическая сила во время предвыборных дебатов не объявляла в числе своих приоритетных задач достижение социальной справедливости. Более того, весьма привлекательными для избирателей, судя по результатам выборов, оказались призывы одной из новых политических партий к радикальному перераспределению национальных доходов и проведению уголовного расследования о незаконной приватизации. Это, пусть и внешнее, но весьма заметное свидетельство того, что социальная справедливость — больной вопрос нашего общества, в первую очередь, привлекающий внимание большинства избирателей. Игроки на политической сцене хорошо понимают, что от способности предложить эффективное решение социальных проблем зависит сегодня успех любой партии или движения.

Высокая чувствительность современного российского общества к проблеме справедливости имеет свои причины. За годы либеральных реформ в стране сложился политический режим олигархического типа, при котором одна часть граждан (меньшинство) владеет огромными состояниями и имеет решающее слово в процессе принятия политических решений, а другая часть (большинство) живет ниже уровня бедности и практически не имеет какого-либо серьезного влияния на происходящее в стране. Режим олигархического правления, сложившийся в России, как раз и есть тот социальный факт, который порождает в умах людей вопрос о справедливом политическом порядке.

Социальная справедливость стала своеобразным маркером политической корректности, однако до сих пор не вполне ясно, что мы имеем в виду, говоря о необходимости сделать наше общество справедливым. Рассуждения на уровне обыденного сознания, вроде того, что «надо приструнить олигархов» или «преодолеть разрыв между богатством и бедностью», вряд ли помогут нам приблизиться к идеалу справедливого общества. Поэтому актуальна задача определения  понятия «справедливость», адекватного современному состоянию российского общества, а также исследование тех путей, которыми общество могло бы двигаться в сторону реального социального равенства[1].

Без изменения духовного состояния российского общества никакие перемены к лучшему невозможны. Важно осознать, что проблема справедливости в современной России — это не только социальная, но, прежде всего, моральная проблема. Недостаточно принять хорошие, справедливые законы, изгнать или посадить одних олигархов, потому что завтра придут другие. Недостаточно проводить встречи представителей крупного бизнеса с президентом и писать манифесты с выражением благих намерений российского бизнес-сообщества. Главное — сформировать устойчивое представление о том, что существует нечто общее, нечто такое, что по самой своей природе превосходит  интересы отдельных лиц или корпораций. Именно поэтому ведущие российские социальные философы в последние годы поднимают такие темы, как «общее благо», «общие интересы», «общая судьба». Ведь необходимость решения проблемы справедливости в современной России вызвана не только естественным стремлением улучшить положение тех, кто оказался в неблагоприятной социальной ситуации, коих в нашей стране абсолютное большинство. Справедливость имеет не только социальное и нравственное значение, но и политическое (в смысле поддержания нормального функционирования политического организма). Утрата традиционных этических координат чревата распадом российского политического общества как общего коммунального проекта, начало которому было положено много столетий назад. Отказ от ценностей равенства и справедливости в одинаковой степени угрожает положению, как бедных, так и богатых, предпринимающих беспрецедентные меры по охране своей жизни и имущества. Никакая государственная идея в России, сколь бы хороша она ни была, не сможет реализоваться без опоры на идеи социального равенства и справедливости[2].

13-14 апреля 2013 г. Всероссийским центром изучения общественного мнения был проведен инициативный опрос среди россиян под названием «Социальная справедливость: как мы её понимаем». Опрошено 1600 человек в 130 населенных пунктах в 42 областях, краях и республиках России. Статистическая погрешность не превышает 3,4%.

Согласно полученным данным, большинству респондентов сегодня близко такое мнение, что социальная справедливость — это сильное государство, порядок и национальные интересы. Для относительного большинства россиян социальная справедливость – это равенство граждан перед законом (36%). Реже смысл этого понятия сводится к равенству в уровне жизни (20%).  Еще  меньше тех, для  кого социальная справедливость — это возможность для каждого достичь того, на что он способен (13%), когда положение каждого члена общества определяется его трудовыми усилиями (12%), гарантии для социально незащищенных (11%). 6% опрошенных полагают, что социальной справедливости не существует.

[1] Кашников Б. Н. Исторический дискурс российской справедливости // Вопросы философии. 2004. №2.

[2] Федотова В. Г. Модернизация «другой» Европы. С. 170.

Добавить комментарий